Глава II. Лужа слез

     - Странновее!  Странновее!- закричала Алиса(она была  так удивлена, что
на секунду  совершенно забыла как правильно говорить по-английски), - сейчас
я раскроюсь  как самый  большой в  мире  телескоп!  Прощайте, мои ножки!(это
потому  что она посмотрела вниз себе на ноги, которые уже скрылись за линией
горизонта).
     - Ах,  мои бедные маленькие ножки, кто  же теперь будет надевать на вас
туфли  и чулки.  Дорогие вы мои!  Я-то  уж  точно не  смогу. Я буду  слишком
далеко, чтобы заботиться о вас. Вам придется управляться самим. "Но я должна
быть  добра с ними," - подумала Алиса. - " А то они не пойдут  туда куда мне
будет  нужно.  Вот  что  - я  буду  дарить  им новую  пару туфель на  каждое
рождество."
     И она продолжила строить планы на будущее:
     - А  переставлять  их будут  подъемным краном,  -подумала она.  - И как
приятно будет  посылать  подарки собственным ногам! И как эксцентрично будет
выглядеть письмо! :

     "Глубокоуважаемой Правой Ноге Алисы!
     Коврик.
     У каминной решетки.

     С любовью Алиса."


     - Ах, боже  мой!  Какие глупости приходят  мне в голову! - И она тут же
стукнулась головой о  потолок - да и то  сказать, ведь теперь в  ней было ни
много ни мало, а девять футов росту.  Она тут же  схватила маленький золотой
ключ и поспешила к двери в сад.
     Бедная  Алиса!  Она  пыталась  как могла,  она  ложилась  на бок, чтобы
посмотреть  в сад хоть одним  глазком, но пройти через дверь стало еще более
безнадежным делом, чем раньше. Она села и заплакала.
     -  Как стыдно!  -  сказала Алиса. -  Такая  большая девочка (теперь она
имела полное право сказать это) - и так плачет. Прекрати сейчас же!.
     Но она продолжала плакать, проливая  слезы целыми  ведрами, до  тех пор
пока вокруг нее не натекла огромная лужа около четырех дюймов глубиной  и не
залила половину зала.
     Потом вдалеке раздался легкий шум шагов, и она торопливо вытерла глаза,
чтобы увидеть что происходит.
     Это  был Белый  Кролик. Он вернулся, превосходно  одетый, с парой белых
лайковых перчаток в одной  руке и большим  веером в другой.  Он шел довольно
быстро и по мере того как приближался  можно было различить в его бормотании
такие  слова:  "  О!  Герцогиня!  Герцогиня! О! Она будет вне  себя,  если я
заставлю ее ждать."
     Алиса  была  в таком отчаянии, что была  готова попросить о помощи кого
угодно, поэтому когда  Кролик проходил рядом  с  ей,  она  произнесла  тихим
робким голоском: "Разрешите, сэр..."
     Кролик  подпрыгнул на месте,  обронил веер и белые лайковые  перчатки и
скрылся в темноте с невероятной быстротой.
     Алиса подняла перчатки и веер, так как в зале было очень жарко и  стала
обмахиваться им, одновременно продолжая разговаривать сама с собой: "Ах, ах!
Как странно все  сегодня! А вот вчера  все шло  как  обычно.  Интересно,  не
подменили  ли меня этой ночью? Дайте-ка подумать? Была ли  я  той же  самой,
когда встала утром?  Пожалуй, я чувствовала себя несколько  иначе. Но если я
не та  же самая, следующий вопрос: "Кто  же я тогда?  Вот в ЧЕМ вопрос!" - И
она принялась перебирать всех знакомых сверстников, чтобы убедиться могла ли
она стать кем-нибудь из них.
     -  Я  уверена,  что я не Ада,  - сказала  она. - Потому  что ее  волосы
завиваются в такие длинные локоны, а мои вообще не вьются. И я уверена,  что
я не могу быть  Мэйбл, так как я все знаю. А она, ах!, она знает так мало. К
тому  же... Она  это  она, а  Я это я, и... Ух, как это все непонятно! Так ,
посмотрим,  знаю  ли я все, что знала  раньше. Пятью четыре -  двенадцать, а
шестью четыре - тринадцать, а семь на  четыре это... ах! Я  так  никогда  не
доберусь  до  двадцати. К  тому  же  таблица  умножения  не  имеет  никакого
значения. Попробуем  географию. Лондон столица Парижа, а Париж столица Рима,
а Рим ... - нет, это ВСЕ неправильно, я уверена. Меня переделали в Мэйбл!
     - Так, сейчас  я скажу: -  Когда  зеленый...  - и она скрестила руки на
коленях, как она всегда делала, отвечая  уроки, но ее голос звучал  хрипло и
странно, а слова получались не такими как всегда:


     Когда зеленый милый крокодил,
     Начистив гуталином хвост,
     Глядит как катит воды Нил
     Через покрытый снегом мост,
     То чтобы с голодухи не пропасть,
     Он быстро выпускает когти
     И, широко разинув пасть,
     Улыбкой зазывает рыбок в гости.


     - Это совершенно неправильные слова, - сказала бедная Алиса и ее  глаза
снова наполнились слезами, когда она  продолжила: "Я точно стала Мэйбл и мне
придется жить в этом убогом маленьком домишке, и у  меня не будет игрушек и,
ох! Мне придется  учить столько уроков! Ну, уж  нет!  Если Я - Мэйбл,  то  я
остаюсь здесь. Пусть  они себе  заглядывают сюда и  уговаривают: " Поднимись
наверх, дорогуша!" Я только взгляну на них  и спрошу: " Кто это "я"? Сначала
ответьте  мне,  а уж потом, если я действительно  являюсь  данным  лицом,  я
поднимусь, а если нет,  я останусь  здесь, внизу,  до тех пор пока не  стану
кем-нибудь еще"  - но  боже мой, - зарыдала Алиса -  мне ХОЧЕТСЯ,  чтобы они
заглянули сюда. Мне ТАК надоело быть здесь одной!
     Сказав это, она посмотрела  себе на руки и с удивлением увидела, что во
время разговора ее с самой собой, она надела одну из белых лайковых перчаток
Кролика.
     -  КАК  я  смогла  сделать это?  -  подумала  она. -  Значит,  я  снова
уменьшилась?  - Она  встала  и  подошла  к  столику,  чтобы определиться  на
местности, и обнаружила, что насколько она может судить, сейчас в ней  около
двух футов, и она  продолжает быстро  сжиматься - вскоре она поняла, что это
происходит из-за веера, который она держала в руках, и она торопливо бросила
его, как раз вовремя, чтобы не исчезнуть совсем.
     - Это было спасением по счастливой случайности! - сказала Алиса, сильно
испуганная внезапным превращением, но очень довольная тем, что все находится
в наличии.
     - А теперь в сад!  - и  она на всех  парах помчалась назад  к маленькой
дверце, но увы, маленькая дверь снова была закрыта, а маленький золотой ключ
лежал на стеклянном столике, как и раньше.
     - Все еще хуже, чем обычно, - подумал бедный  ребенок, - ведь я никогда
еще не была такой маленькой, никогда! Похоже, что хуже не бывает.
     Пока  она это говорила, ее нога поскользнулась и в  следующее мгновение
она очутилась по шею в соленой воде. Первой мыслью посетившей ее голову было
то, что она каким-то образом свалилась в море.
     - Поэтому  я смогу вернуться  домой по железной дороге,  -  сказала она
самой   себе  (Алиса  была   на  взморье  один  раз  в  жизни,  и  пришла  к
основательному заключению, что куда бы вы не поехали на побережье Англии, вы
встретите множество пароходов в  море, детей, копающихся в песке деревянными
лопаточками,  шеренги пансионатов, а за ними будет стоять  вокзал). Впрочем,
вскоре до нее  дошло, что она в луже  слез, которые  сама  же пролила, когда
была девяти футов росту.
     - Лучше бы я столько  не плакала! - сказала Алиса, барахтаясь в воде. -
Похоже, в  искупление  своих  грехов, я теперь должна утонуть  в собственных
слезах!  Конечно, это будет весьма  странным  происшествием, но ведь сегодня
все выглядит странным?
     Тут она услышала всплеск в луже неподалеку  и  подплыла поближе,  чтобы
узнать, что это было  -  сначала она подумала, что это должен  быть морж или
бегемот, но потом вспомнила какая она сейчас маленькая и вскоре увидела, что
это всего лишь мышка, которая поскользнулась также как и она сама.
     Имеет ли смысл обращаться к мыши? Здесь внизу все настолько из ряда вон
выходящее,  что вполне  возможно  допустить, что она может разговаривать, во
всяком случае, попытка не пытка.
     В  связи с вышеизложенным, она начала так: "О, Мышь! Знаете ли вы путь,
выводящий  из  лужи?  Я  очень устала плавать туда-сюда,  о,  Мышь!"  (Алиса
предположила, что именно так  нужно разговаривать с  мышами.  Она никогда не
делала  этого раньше, но вспомнила, что видела в латинской грамматике своего
брата нечто подобное: "Мышь - мышью -мыше - мышь - о мыши"). Мышь посмотрела
на нее с некоторым любопытством, и Алисе даже показалось, что она подмигнула
ей одним маленьким глазом, но так ничего и не сказала в ответ.
     - Возможно, она  не понимает по-английски, - подумала Алиса. - Осмелюсь
предположить,   что   это   французская   мышь,   прибывшая  с   Вильгельмом
Завоевателем( несмотря на все ее знание  истории, у  Алисы  не  было четкого
представления  о том, как давно происходили различные исторические события).
Итак, она  начала  с новыми силами:  "Ou  est ma chatte?"( - это было первое
предложение в ее учебнике французского языка.
     Мышь внезапно выпрыгнула из воды и забилась в судорогах.
     -Ах, прошу прощения! - поспешно  закричала Алиса,  боясь что  оскорбила
несчастное животное. - Я совершенно забыла, что вы не любите кошек.
     - Не люблю кошек! - вскричала Мышь пронзительным и страстным голосом. -
А ВЫ ЛЮБИЛИ бы кошек, если бы были мною?
     - Ну,  возможно, нет,  -  сказала  Алиса,  успокаивающим  тоном.  -  Не
сердитесь, пожалуйста. И все же мне  жаль, что я  не могу показать вам  нашу
кошку Дину, думаю, что вы изменили бы свое мнение о  кошках, если бы увидели
ее. Она такая ласковая  и тихая, -  продолжала Алиса, обращаясь наполовину к
самой себе, в тоже время  продолжая  лениво  плавать по  луже. -  И  она так
прелестно  мурлычит,  пристроившись  у  камина,  облизывая  лапки  и  умывая
мордочку,  и  ее так  приятно  гладить,  а  как  она ловит мышей!  О,  прошу
прощения!  - снова  закричала  Алиса, потому  что услышав ее слова Мышь  вся
ощетинилась и на этот раз Алиса поняла, что по-настоящему оскорбила ее.
     -Мы больше не будем говорить о ней, раз вам это неприятно!
     -Еще бы! -  закричала Мышь, которую пробирала  дрожь до кончика хвоста.
-Не  хватало мне вести  об этом разговор! Наш  род  всегда НЕНАВИДЕЛ кошек -
мерзкие, низкие, вульгарные  создания!  Прошу не произносить  больше  в моем
присутствии это слово!
     - Не буду1 - вскричала Алиса, судорожно пытаясь сменить тему разговора.
- А ... вы любите... э-э... собак?
     Мышь  не  ответила  и Алиса  быстро  продолжила:  "  У  нас есть  такой
хорошенький маленький  песик, он живет рядом с нашим  домом, мне бы хотелось
вам его показать! Маленький терьер с умными  глазками  и  у него, знаете ли,
такая вот  длинная кудрявая  шерстка!  И он  приносит вам  вещи,  которые вы
бросаете  ему, и он  делает  стойку  и просит покормить  его,  ах,  это  так
изумительно - я не могу припомнить и половины из того, что он умеет делать -
его хозяин, фермер, вы не поверите,  говорит, что  он приносит  ему  столько
пользы  - прямо на сотни фунтов. Еще  он  говорит, что песик уничтожает всех
крыс  и ... ах, боже мой! -  вскрикнула Алиса и подумала испуганно: " Боюсь,
что опять  оскорбила ее!" -  потому что Мышь уплывала прочь от  нее со  всей
возможной скоростью и создавая этим настоящие волнение в водоеме.
     Алиса ласково взывала к ней: " Милая  Мышь!  Прошу вас, вернитесь, и мы
не будем говорить ни о кошках, ни о собаках, раз они вам не нравятся".
     Когда Мышь услышала это, она перевернулась и медленно поплыла назад. Ее
лицо было очень бледным("От  чувств",  - подумала Алиса) и она сказала тихим
дрожащим голосом: "Давайте доберемся до берега, а  потом я расскажу вам  мою
историю и вы поймете почему я так ненавижу кошек и собак".
     Выбираться и в самом  деле было  пора, потому что лужа уже  просто-таки
кишела  птицами и другими животными, упавшими в нее: тут были и утенок Дак и
вымершая  птица Дронт и попугай Лори  и орленок Игл и еще несколько странных
созданий.
     Алиса показала пример и вся партия поплыла к берегу.